Дьявол моего рода. 1 том - Дарья Романовна Лакеева

— А ты хочешь снова жить? Разве ты не хотел умереть? Ведь если ты оживёшь, то тебя снова и снова будут подстерегать трудности и опасности.

— Я знаю. — Я сделал недолгую паузу. — Но на этот раз я буду не один! Мистер Чепуха, давай вернёмся вместе и покажем всем, чего мы стоим!

— Вот это мне уже нравится, вот теперь я узнаю своего друга! — В следующую секунду он слился со мной воедино, и меня начало медленно уволакивать вспять, к самому началу пути. Пока это происходило, я видел свою стену, мгла над которой начала рассеиваться, а трещины медленно затягиваться, и я это чувствовал всей своею душой. В последний момент мне показалось, что в моём лесу в небе заярилось яркое солнце, которого раньше там не было. И как же я мог с самого начала не заметить его отсутствия?..

Я медленно разлепил глаза, разглядев через пелену склонившийся надо мной силуэт Ларем. Она держала меня за руку, выкрикивала моё имя и спрашивала, слышу ли я её. Окончательно очнувшись, просто лежал и смотрел на неё, ничего не говоря. И когда смотрел на неё, то задал себе вопрос, неужели моя сестра всегда была такой красивой? И не мог отвести от неё глаз. Она улыбалась и плакала одновременно, продолжая что-то говорить мне. Потом я протянул к ней руку и уложил её голову себе на грудь, обнимая её второй рукой за талию. Она легла и обвила меня руками. Я был счастлив, что с ней всё в порядке, и что она на меня не злится, но я всё равно чувствую себя виноватым перед ней за случай, когда жестко выгонял её из своей комнаты. Я попытался извиниться перед ней, а она только крепче обняла меня, что означало, что она простила меня. И ещё крепче обнял её в ответ.

Я не сразу заметил, что в дверном проёме комнаты стоял дядя, и как только я взглянул на него, Велл устремил свои змеиные глаза в сторону, а на его лице читалась досада и разочарование, он выглядел подавленным и униженным, словно не справился с очень важной задачей, что являлось для него в новинку, ведь он всегда справляется с поставленными перед ним задачами и ещё никогда не терпел поражение. Только не в этот раз.

— Ну что, съел?

***

Я проиграл? Как так? Не может быть! Я до сих пор не понимаю, как такое возможно. Ведь я сам Вельзевул, истинное, непобедимое зло! Как я мог потерпеть поражение от какого-то человеческого ребёнка?! Юджин, этот чёртов мальчишка…как он мог растоптать, унизить меня, обвести вокруг пальца…а ведь его душа была совсем рядом! Мне оставалось лишь протянуть руку и сжать пальцы…но эта стена не позволила мне! Я чувствовал его душу через стену всем своим существом, каждой клеткой тела…я так долго ломал её всеми возможными способами, изощренными, зверскими способами, на его стене появилось столько трещин, она вот-вот могла рухнуть, но всё мои усилия впустую! Будь проклят, Эдвард! Если бы я тогда не отдал ему мальчишку, то всё было бы иначе, он уже был бы моим…Что ж, поздравляю, взрастить такую защиту в душе, да такую, чтобы самому дьяволу было не по cилам её сокрушить, действительно, вне всяких похвал! Ну, что ж…интересный опыт. Посмотрим, что будет дальше…я умею ждать.

***

Спустя время всё стало как прежде, ну, хотя бы, в какой-то мере. Скверна диковинным образом сошла с тела Юджина. Но пусть он и вернулся в норму, кое-что в нём изменилось раз и навсегда, чего уже не исправить. Окружающие начали утверждать, что он стал намного меньше разговаривать, порой даже умудрялся промолчать весть день. Практически перестал откликаться и отвечать на вопросы, словно был в другом месте и не слышал, что ему говорят. Начал совершать странные действия и поступки, видеть и слышать то, чего не видят и не слышат другие, общаться сам с собой, причём так, словно он отдельная от него личность. Вскоре окружающие перестали сомневаться в том, что из-за психологических и душевных травм мальчик сошёл с ума. Ради подтверждения возникших сомнений Ларем вызывала докторов, и они подтвердили диагноз. В остальном, его умственные способности и основные жизненные функции не пострадали. Но сам Юджин считал себя абсолютно здоровым и просто не замечал за собой никаких изменений. Он обратился с этим вопросом к Чепухе и тот, к сожалению, подтвердил, что всё, что с ним происходило, сильно пошатнуло его психику и разум, которые Чепуха как раз лечить уже не способен. Юджин думал, что он ведёт себя нормально, общаясь с другом на людях, но тот напомнил ему, что другие его не видят и со стороны это выглядит странно. Но юношу это не останавливало.

Из-за недуга принца многие начали сомневаться в том, что он в дальнейшем сможет управлять страной, считали, что доверять такое ответственное дело сумасшедшему небезопасно. Но как показало время, Юджину совершенно не мешала его болезнь, так как в самый ответственный момент он имел, как отмечали люди, волшебную способность «трезветь», его ум прояснялся, голос обретал твёрдость и уверенность, и он уже не отличался от здорового человека. Но стоило ему разрешить очередную проблему, как он снова уходил глубоко в себя, замыкался, переставал разговаривать и смотреть людям в глаза, нередко совершая разные глупости и странные действия, не свойственные нормальному человеку. Однако приближённые со временем нашли к нему подход, и с ним стало вполне возможно поддерживать беседу, он видел и понимал собеседника, отвечая короткими фразами, содержащие в себе смысл, но иногда он все же резко переключался на что-то другое, будто забывался во время разговора. Но когда дело было очень серьёзным или опасным, требующим максимум внимания, принц менялся на глазах: его взгляд в мгновение ока становился осознанным, лицо излучало сосредоточенность, и он уверенно, со знанием дела отдавал приказы, раздавал поручения, порою, говоря и решая всё и за всех, демонстрируя прочные навыки правителя, полководца, чем убедил гвариторцев в том, что он как никто другой подходит на роль короля.

Атак и нападений недоброжелателей практически не повторялось, ведь после того, как Юджин избавился от демона и, видя неудачные попытки своих предшественников убрать принца, которых тот уже совсем не боялся и расправлялся с